С Новым годом, Донбасс!
Как ждём всегда мы Новый год
С надеждой, что несёт он счастье!
Конец войны придёт черёд,
И сгинет бед других ненастье.
Зачем нам столько испытаний
И кем навязаны они?
Не рождены мы для страданий,
Что омрачают жизни дни.
Дай Бог, везде восторжествуют
Надежда, Вера и Любовь,
И люд постигнет жизнь иную,
И счастье улыбнётся вновь.
И всё же, с Новым годом, люди!
Удачи вам, наши БОЙЦЫ!
Ваш ратный подвиг не забудем,
Мы ждём вас, сыновья, отцы.
Желаем людям всем здоровья
И много, много ярких лет.
Лишь о здоровье – многословье,
Ведь без здоровья счастья нет.
И пусть растут на счастье дети,
Пусть множится потомков род.
Мы перед ними все в ответе
За каждый день, за каждый год.
И с Новым годом вас, друзья!
Пусть души полнятся надеждой,
Традиций отменять нельзя, –
Тост за тебя, Донбасс, как прежде!
Редакция. Виктор Седой.
И через восемь лет…
Приди, приди к нам, сказка-ночь,
Когда бокалов перезвон
Отбросит все невзгоды прочь,
Беду пошлёт за рубикон.
И каждый год в надежды час
Желаем мы здоровья, мира,
Чтоб отошла война от нас,
Чтоб счастьем полнилась квартира.
Мы просим, молим восьмой год:
Не забирайте наши жизни.
Но что наш плач для тех господ,
Что им людские укоризны.
Что им простого люда жизнь,
Им наши смерти не в укор,
Им – за свою казну держись.
Власть, деньги – пара с давних пор.
Уходят люди в мир иной…
Судьбой, мол, отведён им срок.
Судьба ж начертана войной,
Не уж то людям невдомёк?
Довольно милости ждать Божьей,
Стыдить жестокого врага,
Что убивать людей негоже…
Ему ломать надо рога.
Донбасс не станет на колени,
Но до победы путь не прост.
Она придёт к нам в день весенний,
И встанем мы на полный рост!
Не ждём двенадцати ударов,
Невмоготу даже и восемь,
Чтоб жизнь не пролетела даром
Покорности вериги сбросим!
Виктор Седой, декабрь 2021 год.
Котёл
(Сокращённый, исключительно для нашей газеты, рассказ о донецком батальоне разведки специального назначения).
В штабе батальона кипела работа. Там были командиры рот, командиры взводов и приставленные к ним радиосвязисты. Мне, отвечающему за связь, предстояло произвести краткий инструктаж и выдать радистам таблицы для ведения зашифрованной связи в пути и во время боя. Первая группа, под командой Сибири (позывной командира) из нашего, специального назначения батальона разведки, только что прибывшего в Углегорск из Донецка, готовилась выйти в район посёлка Логвиново, что в десяти километрах от Дебальцево на запад по трассе «Ростов-Харьков». Там, рядом с посёлком, предстояло закрепиться на господствующей высоте, как стратегически важном объекте на пути предполагаемого выхода противника из котла. С группой надо было держать постоянную связь. Мои помощники Зольден и Крэг профессионально, быстро и очень тщательно подготовили аппаратуру узла связи так, что я, как старший, не смог дать им ни одного замечания. Группа Сибири через час вышла на первый сеанс связи. Зашифрованными фразами было сообщено, что они в пути и у них всё в порядке. Через час был аналогичный сеанс связи с теми же сообщениями. В штабе не сомневались, что Сибирь грамотно выполнит поставленную задачу. Она усложнялась тем, что на его пути, в степной стороне на запад от Дебальцево, рыскали группы противника, нащупывающие пути для выхода из котла. Высота была свободной, об этом Сибирь известил штаб, а в ответ получил приказ не занимать высоту, быть рядом с нею и ждать подкрепление. Следующий сеанс связи происходил в условиях неожиданных радиопомех, так что пришлось переходить на запасные частоты. Командиры отделений из группы Сибири получили указание встретить бойцов подкрепления и вместе с ними оборудовать оборонительные позиции. Но прежде всем уйти подальше от высоты, так как по ней откроет огонь наша артиллерия. Так надо было сделать для того, чтобы избежать возможного боестолкновения с противником, если он всё же находился на высоте и был хорошо замаскирован. Плотный артиллерийский огонь, без потерь с нашей стороны, сделал бы своё дело. Всё произошло как по писанному. Подкрепление пришло вовремя, как раз после артобстрела высоты. Командовал подкреплением Химик, а группе Сибири приказали возвратиться на базу в Углегорск, что и было выполнено через четыре часа. Химик занял высоту и начал на ней укрепляться, а Сибирь, после доклада по возвращению, тут же получил новое задание: с группой снова идти назад, теперь уже в посёлок Логвиново, закрепиться там и держаться до подхода основных сил.
Такое манипулирование группой, уставшими людьми, не нуждалось в объяснении: приказы не обсуждаются, а выполняются. И попытки выяснять мотивы таких решений руководства операцией не имеют права на существование даже по прошествии многих лет.
И с Химиком, и с Сибирью связь была регулярной и беспроблемной. Утром Сибирь сообщил, что он на подходе к Логвиново и слышит там бой, как ему быть? Комбат связался со штабом, выяснил обстановку и приказал Сибири входить в Логвиново исключительно с южной стороны, соблюдая максимальную осторожность. Защищающие Логвино наши бойцы тоже были оповещены о подходе подкрепления, то есть группы Сибири. И всё-таки Комбат был очень взволнован. На его памяти были случаи, когда из-за ненадлежащего качества связи наши части сражались между собой и в результате были досадные, глупые потери личного состава, а по-простому – гибли свои люди. Ещё сеанс связи и Сибирь доложил, что его группа зашла в Логвиново и заняла оборону. Тут же от него последовал новый доклад, что противник ведёт наступление большими силами, и у Сибири сомнение: сможет ли он удержать посёлок. Комбат принял решение идти лично на помощь Сибири, взяв с собою группу из роты Самары. До Логвиново от нашего штаба по прямой было около десяти километров, но это по прямой и в мирное время… Прошло томительных полчаса, Комбат не давал вызов, молчал Комбат… Но тут на связь вышел Химик. Он доложил, что перед посёлком, который у него как на ладони, идёт плотный бой, а по посёлку враг лупит непрерывно из всех калибров. Химику приказали быть в обороне на высоте и держаться, если понадобится до конца. А Логвиново уже не было на земле: его строения, крыши, деревья витали в воздухе, если так можно было назвать то, чем дышат живые существа и через которое уже не просвечиваются лучи солнца.
– Суки, что творят! Там же мирные ещё остались!
Эти слова принадлежали Химику, но он их не сказал, не прокричал, а изверг как вулкан горячую лаву на головы супостатов. А группа Сибири под непрерывным миномётным огнём, кроме обороны, старалась выполнить ещё одну задачу – вывести последних мирных жителей из посёлка в безопасное место. И очень кстати: к южной окраине Логвиново подъехал «Урал» с группой Комбата. Его бойцы без промедления вступили в бой со значительно превосходящими силами противника, к тому же, располагавшими поддержкой танков и БМП.
Но количественному превосходству врага наши разведчики-спецназовцы противопоставили своё качественное превосходство в умении вести бой. Бронетехника противника вспыхивала одна за другой, а от одного танка башня взлетела в воздух, как пушинка. И в этой жуткой обстановке Сибирь получил от Комбата приказ эвакуировать мирных жителей. Несколько бойцов Сибири занимались эвакуацией немногочисленного гражданского населения, если те героические действия под огнём можно назвать эвакуацией. Но поставленная задача была выполнена.
А в это время на северной стороне посёлка противник прорвал нашу оборону и вклинился в улицу посёлка На ней разгорелся жестокий бой. Комбат с разведчиками зашли противнику во фланг, ударили по нему и заставили его отступить за границы посёлка. Когда разведчиков сменили наконец прибывшие основные силы, Комбат дал команду своим бойцам отойти к центру посёлка. К этому времени эвакуация мирного населения завершилась. Все, кого можно было забрать из этого огненного ада отправились на одной из машин в Углегорск. А группа Сибири начала отход на базу. Проехали немного по холмистой степи и вдруг случилось неожиданное. Наперерез разведчикам выехали две вражеские бронемашины, закрыв пути отхода с северного и западного направлений. Бронемашины открыли огонь по нашей мини-колонне и первый грузовик потерял ход. Второй тоже был подбит и остановился…
В открытом поле, отстреливаясь, отползали разведчики от места столкновения. Но тут и с третьей стороны появился противник. Его пехота вела непрерывный огонь и подходила всё ближе к разведчикам. Одна из подствольных гранат взорвалась рядом с заместителем Сибири Расписником и единственной женщиной в группе санинструктором Восход. И он, и она были ранены в ноги. Восход – милая, улыбчивая девушка тут же оказала нужную помощь Расписнику да и себе тоже. А к Сибири подполз боец-пулемётчик с позывным Юджин и почти потребовал:
– Отходите, я прикрою!
Сибирь на минуту задумался, глядя разведчику в глаза. Его боец хочет прикрыть собою отход группы и знает, что идёт на верную смерть. А командир должен дать разрешение бойцу погибнуть ради спасения боевых товарищей. Трудная, незавидная роль командира…
– Отходите!!! Только боеприпасов мне оставьте! – снова уже прокричал Юджин.
Не прощались. Группа по одному начала отползать, определив единственно возможный путь отхода. Пулемёт Юджина не молчал ни секунды, давая шанс спастись разведчикам. И когда товарищи вышли из окружения, пулемёт Юджина замолчал. В наступившей тишине со стороны противника раздался один выстрел и всё снова смолкло. А Сибирь и его группа были уже далеко.
Когда группа возвращалась на базу, я с каким-то чувством вины, что не довелось быть вместе с ними, встречал их у входа в дом и непроизвольно вёл счёт возвратившихся. По видимым и невидимым ранам, по изорванной одежде, по общему измождённому виду отметил я себе, что группа была в мясорубке. Зная сколько моих побратимов отправлялись на операцию, я не досчитался одного. Последней в дом входила поддерживаемая под руку наша медсестра Восход. Она остановилась перед входом и, заметив моё смятение, сказала:
– Мы потеряли Юджина…
На следующий день группа Сибири отправилась забирать Юджина. Он лежал на спине с распростёртыми руками, в том же месте, где его оставили разведчики. Юджин смотрел своими голубыми глазами в сияющую высоту небес. И если бы не множество ран, на которые указывала изорванная летящим металлом одежда, и политая кровью земля, можно было бы подумать, что он живой…
Да, он живой и сейчас в сердцах своих товарищей-побратимов, он и сейчас незримо идёт рядом с ними в бой, а им, как и ему «…нет уз святее товарищества!»
Евгений Волков, 2017год.
Война…
Война не бывает хорошей,
Война не бывает плохой,
Война – это мелкое крошево,
Из стали и плоти людской.
Война – безразличная тётка,
Ей встречный – ни свой, ни чужой.
Откинет костяшки на чётках –
И… служба «за упокой».
Закружит в лихой круговерти,
Зацепится чёрным крылом,
Война без стесненья, поверьте,
Хозяйкою вломится в дом.
Придут мудрецы-обыватели,
Заглянут в окошко к войне,
Война же безжалостным шпателем
Размажет их всех по стене.
Не будет цветных политесов,
Кровавый нагрянет устав,
Война без судебных процессов
Лишит человеческих прав.
Война заменяет язык человека
Бронёю в висок или в лоб.
Таким диалогом от века до века
Вгоняют себя люди в гроб.
И есть у войны прихлебателей свора,
Ей гимны трубящие в дудку одну,
Что гибель невинных приветствуют хором.
О, Боже! Проклятье несущим войну!
Андрей Хал. Ополченец , июль 2014 год.
Мы все устали от войны…
Мы все устали от войны…
От бесконечных артобстрелов
И от зловещей тишины,
И непонятных «переделов».
Устали хоронить детей,
Друзей, что не вернулись с боя.
Любимых, близких, матерей …
Как много выпало нам горя…
Устали на весь мир кричать –
Мы жить хотим! Поймите,
Нас всё равно никто не слышит.
И, стиснув зубы, умирать…
Быть может, кто-нибудь напишет,
Какие смелые мы были
Какие подвиги вершили…
Не надо лозунгов, ведь мы,
Скорей, заложники войны.
Мы жить хотим! Поймите, люди!
Второго шанса ведь не будет.
Все те, кто «за» и все, кто «против»,
Кто на заводе, кто в окопе…
Мы те, чья Родина – Донбасс
И не отнять его у нас.
Не вырвать с корнем эту силу,
Ту тягу, что звала, учила:
«Люблю я Родину свою,
Пусть здесь опасно, пусть умру,
Вцеплюсь зубами, не отдам!
Родную землю не предам!»
Мы все по-разному страдаем.
Что будет дальше – мы не знаем,
Но мы – Донбасс, народ единый,
Такой народ – непобедимый!
Радуга Донбасса, житель
прифронтовой Горловки,
сентябрь 2016 год.
* * *
Новый год порою поздней
Входит в дом. А старый – прочь…
С ними нам цветы и звёзды
Рисовал мороз всю ночь
На оконных тонких стёклах
Вывел просто чудеса!
Всех прохожих жгучим током
Жалил в щёки и глаза.
Ёлкой, убранной богато
Новый год встречает всех,
Рады шумные ребята,
Не смолкает звонкий смех.
Новый год… мечты, надежды
Пробуждаются опять,
Словно ставишь крест на прежнем,
Снова хочешь верить, ждать!
Елена Лужковая, 01.01.1977год.
Дорогие земляки!
Поздравляем вас с Новым 2022 годом!
Желаем всем здоровья, счастья
и долгожданного мира!
Мужайся, Донбасс!
Редакция.
