Плачет девочка у компьютера, Клён жалеет заледенелый. Может девочка перепутала И другое нажать хотела?
Нет, всё правильно, о Есенине Нужно выучить ей уроки. Но хрустальные, но осенние Зацепили девчонку строки.
Плачет ведь не над рэпом с матами, Над приколами не хохочет. С журавлями летит крылатыми И печалиться с ними хочет.
На коне она скачет розовом На рассвете весеннем гулком. В сарафане плывёт берёзовом, Как лебедушка, переулком.
Плачь, дитя, его очи синие Как и русское небо цветом. Заболей, как и он, Россиею, Стань таким же, как он, поэтом.
Плачь, дитя, эти песни грустные – Оберег для нас и спасение. Помни: каждое сердце русское Закодировано Есениным.
Ирина Филиппович, 2020 г.
Осень
…Всё то, что зачато весной И летом рождено – Добыча осени седой, Бесценное руно. Она придёт и уберёт Обильный урожай, Она, хозяйка, испечёт Душистый каравай. Озимых зелень, неба синь, Дождь серый, хмурый ветер, Огонь оранжевых рябин И листьев разноцветье. Её зовут и золотой, И гадкою старухой, Идет намокнувшей тропой И слушает в пол-уха. Что ей до прозвищ всех людских! Богатая душа! Она идёт в цветах своих Волшебно хороша. Белеют астры в волосах, Нарядный сарафан, Покой в задумчивых глазах, Как тополь, строен стан. А над землёй и в небесах Ползёт сырой туман…
Елена Лужковая, 1973 г.
Поленница
Растёт поленница! Растёт! Вот поднялась почти до крыши И звук пилы задорный слышен, – Зимою дров – большой расход. Пила поёт! Пила звенит! Покуда день – погож и светел, В работе спорой даже дети, – Сентябрь уж катится в зенит. Какой пьянящий аромат В поленьях пиленых сосновых! Они нас обогреют снова, Когда в печурке прогорят. Зимой дровишек недочёт Проблем бы подарил немало, Покуда стужа не настала, Пускай поленница растёт!
Александр Сенин, 2020 г.
Не грусти, калина
Не грусти, калина, не грусти. То, что осень будет непременно, Будут ещё колдовские дни Бабьим летом, но пройдут мгновенно.
Что ж, калина, милая моя, В ягодах и праздничном наряде. Алым цветом, гроздьями горя, Но слезинку вижу в твоём взгляде.
Вытру я слезинки на кустах. Не смотри в глаза печально очень. Наяву, не только лишь во снах, Ждёт тебя желаний твоих осень.
Валентина Рабочая, 2020 г.
Бабье лето
Ах, как бабье лето разгулялось – Днём теплынь, да по ночам ледок. Ах, как моё сердце разыгралось, А под сердцем – страх да холодок.
Не пылай, как в юности, румянец, Не скрывай прожитых бурь следы. Осени обманный цвет-багрянец Не завяжет на ветвях плоды.
Солнце не согреет голых веток, Зря мечтой себя не раздражай. За море твоё скатилось лето, И другими собран урожай.
Время ли теперь любить без меры, Не боясь потерь и разных бед? Есть Любовь, но нет Надежды, Веры. Мудрости, как видно, тоже нет…
Ирина Филиппович, 2020 г.
Октябрь
Ах, каким был октябрь погожим – Плюс семнадцать! Почти как летом И в янтарных разливах света Листопад вдохновенье множил.
Бабье лето, забывши сроки, Растянулось на целый месяц, И влюблённым, седым повесой Я входил в его свето-токи.
Там, в прощальном аккорде летнем Столько слышалось мне мелодий, Что звучат они и сегодня То ль вокруг, то ли в мыслях где-то
Александр Сенин, 2019 г.
Ноктюрн
Туманные тюли с деревьев спадают, Хрустальными каплями капают с веток И листья пронзительно-рыжего цвета, Как птицы, сбиваются в грустные стаи.
Сбиваются в стаи и грезят полётом В страну, где весь год октября листопады, Кружат в венском вальсе над дремлющим садом, Не ведая тленья, не зная заботы…
О, бедные листья! Сгорите вы скоро – Красы величавой мгновенья уходят. И станете вы горьким дымом сегодня, Растают мечты ваши в стылом просторе…
Александр Сенин, 2018 г.
Час рассвета
Где рассыпалось золото зари, По нивам и зелёным рощам, На солнечные лучики смотри, Как речка их в себе полощет!
Трава вся в серебре и тут, и там Росой прозрачною искрится, Звуками полнится день по утрам, А сны ещё кружатся птицей.
Приходит вдохновение с рассветом, И хочется читать, писать стихи. И коль в душе ты мнишь себя поэтом – К твореньям новым подбирай штрихи.
Рассвет – начало дня и пробужденья, Природою раскрашенный сюжет. Лови, лови минуты наслажденья – Прекраснее рассвета часа нет!
Валентина Рабочая, 2020 г.
Уходили добровольцы…
(Поэма) Продолжение. Начало в №7(68)
Г л а в а в т о р а я I Когда я стал писать поэму, Уж был с героями знаком И без раздумий выбрал тему… Всё в предисловии о том. Нелёгкий труд, большая честь Отдать Республике свой долг: Творение, какое есть, Пусть даже не высокий слог. Героев два. С одним знакомы Читатели уже сейчас, Его оставили мы дома, Чуть позже о другом рассказ. По жанру моего творенья Предтечу каждый должен знать, Причины не предать забвенью, – На всём есть времени печать. Подать характеры героев, Озвучить каждую струну, Отметить, что для них святое – Как говорили в старину. Прошу прощения, читатель, Что заострю порою там Внимание, как толкователь, На том, что уж известно вам. * * * Предвзятость прочь! Отметим факты, Что на единство посягли, С Мазепы, ставленника шляхты, И прочих с попранной земли. Бездарность с гонорочком польским, С начала зависть, дальше – злость С укладом жизни хуторянским – Всё прочно в душах прижилось К России, к братскому народу… С ним Украина расцвела И в первый раз она от роду Державы статус обрела. Но сколько козней на пути! Что там темнить, ведь это было. И надо было их смести, Чтоб солнце ярко всем светило! А тот уклад, где «…моя хата…», С характером холопским вровень, Даёт нам образ «друга-брата», Не надо зреть даже и в корень. Как только Русь ослабит шаг (И у неё были раздоры), То тут как тут холопский враг, Сплочённости славянской воры. Вот революция в России… Петлюра немцам Киев сдал. Вояки там его бесились, С ними Грушевского «Централ». Махно. Матёрый анархист, Разбойник, враг большевиков. По сути – националист, Убийца красных батраков, Продажность через чур видна, Когда фашизм на нас напал, К нему влилась «Галичина»* И батальонный «Нахтигаль»** А цель у них одна была: Всё выжечь русское до тла. Бандера, Мельник и Шухевич, С врагом надеясь на успех, Подбросили народу ересь: Мол, Украина выше всех! Не вышло. Гитлера смели Ценой невиданных потерь Славянской страждущей земли… А что же недруги теперь? Их ненависть не отпускала, Хоть затухал войны очаг Людской им крови было мало, И в схронах притаился враг. Превозмогли мы ту годину… Часы тех дней необратимы, Бойцам же нашим били в спину Бандеровские «побратимы». И долго, находясь в лесах, Пока их не переловили, Народу нагоняли страх… Потом работали в Сибири. Жаль, что мозги им не лечили. Осталось семья и взошло, Его пригрели президенты. Нацистов взяли под крыло… Заокеанские агенты. И первым среди них Кравчук – Компартии экс-идеолог, Срубил державший «неньку» сук, И в путь кромешный, там, где Молох… Здесь о нацистах только речь. Не об украинском народе. Стряхнёт он эту мерзость с плеч, Ведь с Русью брат он по природе. *«Галичина» – украинская дивизия в составе германского вермахта. **«Нахтигаль» – гестаповский карательный батальон из украинских нацистов.
Г л а в а т р е т ь я I Привёл историю я вам, Да её знают все в Донбассе! И целиком, и по частям Учили дети в каждом классе. И не премудрости науку, Что иногда загонит в муку, Ясно, доходчиво и просто, Размеренно, порою остро, Клеймил истории пороки Учитель – бывший лётчик-ас. О, как ему внимал весь класс! Открытием стали уроки… В том классе мальчик был Сергей, И он герой поэмы сей. II Теперь уж детство то в былом… Со школой в сердце и сейчас Стозвоном поселился в нём, Звучит учителя рассказ. Как он предвидеть мог тогда, Что поджидает нас беда, И что грозит Союзу тризна В объятьях национализма? Коллегам объяснял, как мог, Высоким слогом, модным встарь: – Творит историю не царь, Не генерал, даже не Бог. Её творит школьный учитель, Сердец он детских повелитель. III Помимо школы дорогой, И вовсе не было то модой, Сергей досуг наполнил свой Общеньем с девственной природой. Раздолье у Донца-реки, Лесов сосновых островки И рощи с древними дубами – Все взоры наполняли сами. Зимой для лыжника приволье – Обкатаны все бугорки, По льду Донца скользят коньки, Дыши с природой на здоровье. Уставший шёл Сергей домой, Нёс радость, что текла рекой. IV А с юностью пришла пора (но о любви не говорим!), Когда шальная детвора Досуг заполнила другим. Всё новое было игриво, Сергей же сверстникам на диво, Красой движения пленён, Был бальным танцем увлечён. По сути, то же, что урок, Освоить па – шаг танцевальный, Только оценки нет финальной, – Сергею школьный дал кружок В луганской школе тридцать шесть. Она там и поныне есть. V А с мастерством пришли награды, Дипломов стопка, кубков ряд. Родители успехам рады, Но сын дороже всех наград. Сергей лишь с Леной танцевал, Не раз рукоплескал им зал, Но в паре был Сергей чуть ниже, На каблуках же Лена выше. Сменить ей предлагали пару, Партнёры, мол, повыше есть. И как же не отдать ей честь: Не поддалась она пиару. Ей не нужна была известность, Когда взамен бы гибла честность. VI Сергей со школы – в институт. Служил и Армии Советской, Не на задворках там и тут, – В ракетной гавани вселенской. И там он многим был в пример, Пока почти что инженер Служил, работал в Байконуре, На службе всё было в ажуре. А на «гражданке» он – строитель, В Луганске возводил дома, К нему признательность сама Пришла сполна в его обитель. Живи, Сергей, и созидай, Цвети родной шахтёрский край! VII Такой портрет, если штрихами, Тебе, читатель, я дарю. Пробелы заполняйте сами, Как утро раннюю зарю. К сему ещё должны быть лица, Событий, фактов вереница, Чтобы героя оттенять. Их не придумать – надо знать. Портрет нарисовать – искусство Художника на полотне. А каково, представьте, мне, Когда вместо модели – пусто, Воображения – огарок… Но дай портрет, чтоб был он ярок!
