– «Есть такая профессия – Родину защищать!» – Эти крылатые слова, героя из кинофильма «Офицеры», звучат как гимн защитникам нашего Отечества. И тем, кто отдал свой святой долг в грозные годы Великой Отечественной Войны и тем, кто защищает сейчас наши жизни. Долг защищать Отчизну лежит не только на профессиональных военных, долг защищать Отечество возложен природой и самой сутью жизни на мужскую, сильную половину общества. В наши дни, в наш суровый, час настоящие мужчины взяли в руки оружие, чтобы отстоять наше право на жизнь. И не только мужчины. Женщины – слабый, прекрасный пол – встали рядом с мужчинами… Защитники наши! Народ гордится вами! Жители славного трудового Донбасса знают, что у них есть надёжный щит, закрывающий их от «бандеровского нашествия». Слава вам, мужественные сыновья Донбасса! Слава вам и низкий поклон, братья из великой России, принявшие наше горе как своё личное! Наши отцы, мужья и сыновья, в лихую годину ставшие на защиту родной земли, знайте: народ вместе с вами. Мы же – литераторы, частица славной шахтёрской семьи, тоже с оружием в руках. И это оружие – слово. Народ непобедим, будет жить вечно, если он свято чтит великие ценности: свою историческую память и родной язык. Нам выпала доля гордиться и своим прошлым, и своим, достойным великого народа, языком. Учитывая, что в 2020 году будет отмечаться семьдесят пятая годовщина Великой Победы и отдана дань другим, памятным событиям того тяжёлого времени, редакция предоставляет страницы газеты участникам тех событий, известных широкой публике, поэтам и простым людям, пережившим ужасы войны. И если кто из читателей уже знаком с некоторыми, напечатанными здесь произведениями, – не упрекайте нас: золото, не как «презренный металл», а как синоним чего-то дорогого, блестит всегда одинаково, видишь ты его в первый раз или через много лет снова. Так и память людская не должна тускнеть, хранить в своей «кладовой» и грустные, и славные страницы нашей истории, гордиться нашим великим прошлым, чтить поколения, давшие нам право и благословение следовать по их стопам. А память – это те же слова, живущие в наших душах и сердцах! Чем богаче язык, тем глубже человеческие знания, тем значительнее перспективы развития общества. Русский язык велик, он как зеркало нашей общности, общности великой семьи славянских народов, ярок, искрометен и неповторим. Вот и мы, взявшие в подспорье слово, пусть не в первом ряду, но тоже стоим вместе с защитниками нашей Родины. Вникайте в слова, в мысли бойцов, оружие которых – слово. Слово, направленное против войны…
Виктор Седой, февраль 2020 года.
Зеркало
Как бы ударом страшного тарана Здесь половина дома снесена И в облаках морозного тумана Обугленная высится стена. Ещё обои порванные помнят О прежней жизни, мирной и простой, Но двери всех обрушившихся комнат, Раскрытые, висят над пустотой. И пусть я всё забуду остальное – Мне не забыть, как, на ветру дрожа, Висит над бездной зеркало стенное На высоте шестого этажа. Оно каким-то чудом не разбилось. Убиты люди, стены сметены, – Оно висит, судьбы слепая милость, Над пропастью печали и войны. Свидетель довоенного уюта, На сыростью изъеденной стене Тепло дыханья и улыбку чью-то Оно хранит в стеклянной глубине. Куда ж она, неведомая, делась Иль по дорогам странствует каким, Та девушка, что в глубь его гляделась И косы заплетала перед ним?.. быть может, это зеркало видало Её последний миг, когда её Хаос обломков камня и металла, Обрушась вниз, швырнул в небытие. Теперь в него и день, и ночь глядится Лицо ожесточённое войны. В нём орудийных выстрелов зарницы И зарева тревожные видны. Его теперь ночная душит сырость, Слепят пожары дымом и огнём, Но всё пройдёт. И, что бы ни случилось,– Враг никогда не отразится в нём!
Вадим Шефнер, Ленинград, 1942 год. (Печатается повторно).
Рассказ танкиста
Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, А как зовут, забыл его спросить. Лет десяти – двенадцати. Бедовый, Из тех, что главарями у детей, Из тех, что в городишках прифронтовых Встречают нас как дорогих гостей. Машину обступают на стоянках, Таскать им воду вёдрами – не труд, Приносят мыло с полотенцем к танку И сливы недозрелые суют… Шёл бой за улицу. Огонь врага был страшен, Мы прорывались к площади вперёд. А он гвоздит – не выглянуть из башен, – И чёрт его поймёт, откуда бьёт. Тут угадай-ка, за каким домишкой Он примостился, – столько всяких дыр, И вдруг к машине подбежал парнишка: –Товарищ командир, товарищ командир! Я знаю, где их пушка. Я разведал… Я подползал, они вон там, в саду… – Да где же, где?.. – А дайте я поеду На танке с вами. Прямо приведу. Что ж, бой не ждёт. – Влезай сюда, дружище!– И вот мы катим к месту вчетвером. Стоит парнишка – мины, пули свищут, И только рубашонка пузырём. Подъехали. – Вот здесь. – И с разворота Заходим в тыл, и полный газ даём. И эту пушку, заодно с расчётом, Мы вмяли в рыхлый, жирный чернозём. Я вытер пот. Душила гарь и копоть: От дома к дому шёл большой пожар. И, помню, я сказал: – Спасибо, хлопец! – И руку, как товарищу пожал. Был трудный бой. Всё нынче, как спросонку, И только не могу себе простить: Из тысяч лиц узнал бы я мальчонку, Но как зовут, забыл его спросить.
Александр Твардовский, 1941-й год.
Разговор на побывке
– Войны, как будто бы, и нет Для тех, кто смотрит телевизор, Но сколько от неё нам бед!.. Пришла в Донбасс она без визы… Лишь изредка мы слышим взрывы, Что где-то на передовой, И Бога просим, чтобы живы Бойцы вернулись все домой. – Скажу вам, что бойцам несладко Морозной ночью на посту. И закурить нельзя украдкой, Не то – дорога в пустоту… Их снайпер вышел на «работу», «Туды его в качели мать»! Накрыть его бы с миномёта… Увы – не велено стрелять… Войны, как будто бы, и нет, Но смерть «дарит» свои объятья, Что ей пробить бронежилет, Что ей бойцов наших проклятья… Что вам ещё сказать, друзья? О чём ещё там говорить! Когда ты можешь, но нельзя… И надо это пережить!.. Игорь Береговой, февраль 2020 год.
Стихотворения Лужковой Елены Дмитриевны (1911 – 1987 г. г.), Пережившей войну в оккупированном Харькове. Печатаются впервые.
Красноармейцу
Слушай, товарищ, взоры к тебе, Помни, боец, о нас… Будь беспощадным в грозной борьбе, Светел, твёрд, как алмаз! Режь на кусочки, бей как стекло Всё враждебное нам! Чисть, выметай стальным помелом «Жовтоблакытный» хлам! Горькая правда, это позор! Я говорю себе… Что из домов не выметен сор, Сажа в нашей трубе. Если бы взялись дружно все мы Чистить свои дома, Мир бы не знал коричневой тьмы, Жизнь не была б тюрьма. Кончится день, а душа болит, Ближе смерти коса… Хочется солнца, хочется жить Жизнью людей, не пса! Слушайте, люди, страстный призыв, Крик миллионов сердец. Всех, кто сейчас, пока, ещё жив – Горю положим конец!
06.04.1942.
Товарищу моей юности Мише Гусятинскому, еврею по национальности
Осень тихой пришла и мирной, Очертив свой привычный круг. – «У тебя и в политике – лирика», Говорил мой хороший друг. Те слова я навек запомнила, (В этом правда большая есть!) Где ты, милый, в военном омуте, Не смогла подать тебе весть… ………………………………….. Я была в том доме покинутом, У распахнутых тех дверей… Всё разбросано, с места сдвинуто И ни стука в нём, ни огней… Речь чужая вокруг звучала, Визг гармошки и скрип шагов… Я с тобою навек прощалась Без прощальной встречи, без слов Мы не предали вас, не выдали, На пороге последних дней… С каким ужасом мы всё видели – Шли вы сами к судьбе своей! Есть ли слово страшней чем «Юде?!..», Что звучало, как приговор… Миллионы еврейских судеб Растворились во тьме с тех пор… И порою ночами бессонными, Когда ветер стучит в окно, Вижу вновь, как шли обречённые, Молча шли, как в немом кино… Жив ли ты? Не знаю об этом. Может, шёл и ты в той толпе, Может, нет уж тебя на свете… Всё ж мой стих – живому тебе… Ты помог мне выйти из комнатки, Необъятный мир увидать… Ты прости, что в военном омуте Довелось мне тебя потерять…
19 – 21.09.1974 г.
* * *
Ночь не ночь, а трескучий ад. Самолёты гудят, бомбят… На полу детишки лежат И без слов глазами кричат! Мимо, бомба, мимо лети! Не врага, – меня пощади! Здесь, у дома, машин кольцо, Ты не видишь врага в лицо. Ты в своих попадёшь детей, В дочерей своих, сыновей!.. Лётчик наш как будто бы знал, В этот дом он бомб не бросал!..
1974 год.
* * *
Иные думают, зачем нам вспоминать О том, что уж давно забылось, отболело? Прошло так много лет, как кончилась война, О прошлом горевать – пустое это дело! Так говорят лишь те, чьё сердце не обжёг Огонь тех грозных лет, кто в памяти короткой Не удержал того, что удержать бы мог, Кто не знаком с судьбой ни вдовьей, ни сиротской! Я вижу Харьков наш и этот детский дом, Он часто в снах моих стоит передо мною… Те ночи жуткие, под вой фугасных бомб, Глаза недетские, с недетскою тоскою…
1974 год.
Народ и Армия – едины!
Какое слово – ополченье! Тревожный на Руси набат. Родную землю от вторженья Спасают все – и стар, и млад. Пусть удивляются потомки: Откуда в ярости тех дней, Отваги, мужества потоки Наполнили сердца людей?! Не тех, что «моя хата з краю», Не тех – урвавших капитал; Тех, кто любовь к родному краю С младенчества в себя впитал. Им лишним был совет «разумный», Как дружбу завести с судьбой. А стали в строй и, без раздумий, За отчий край шли в первый бой. Какие пройдены дороги! Скольких забрал неравный бой! Чтоб с радостью и без тревоги Детишки в школу шли гурьбой. ……………………………….. Теперь Донбасс боеспособен, Мужает дружная семья, От страха наш народ свободен: Гарант есть – Армия своя! Народ и Армия – едины! Нашей победы в том залог. Не посрамим отцов седины, Врага отбросим за порог. В фанфары бить сейчас не склонны, Солдаты, впереди борьба… «А на плечах у вас погоны И нашей Родины судьба».
Георгий Каюров, май 2017 год.
Начало зимы
(из цикла: «Лучше позже, чем никогда»)
Должна начинаться зима снегопадом – Такой непреложный природы закон. Вступает декабрь в город белым парадом Под снежно-хрустальный, торжественный звон. Бело, словно в сказке далёкого детства, Как будто «Морозко» – на полный экран. Гляжу и никак не могу наглядеться На город, наряженный в снежный кафтан. А снег всё идёт и сугробы всё выше, Их, меряя, в школу бежит детвора. Нахохлились голуби, сидя на крыше, Снег-снегом, да только кормить их пора…
Александр Сенин, декабрь 2019 год.
Реалии войны
Войны лихие испытанья Увы, состарили людей Печатью горького страданья Легли на ход текущих дней. Нет больше в лицах восхищенья Видны обида, грусть и боль И постоянное сомненье: Играть какую нужно роль. Людей всё чаще гложет злоба, Бороться с ней им тяжело, Противной зависти микробы В душе съедают всё тепло. И ноты грубости жестокой Звучат сильнее, чем набат, И больно бьют, как будто током, И хрупкой психике вредят. Слабеет вера постепенно, А безразличия туман Сплошь устилает весь путь бренный Иль вводит в транс, в самообман. Как жизнь устроена опасно, Как мало радости в ней есть, И, к сожалению, не ясно, Где правда, ложь, бесчестье, честь. Когда наступит мир желанный И счастье в край вернётся вновь, Жизнь станет яркой, многогранной И в ней поселится любовь?!
Оксана Жерняк, ноябрь 2019 год.
Чиновники-перестраховщики*
И снова за горло придавлена песня, И нас возвращают туда, Где «как бы не вышло», «а вдруг» и « а если». Цензура, увы, господа… Момент «политический» – всех проверяют, Задайте своим, чтоб другим не пришлось, А ветер свободы? Он где-то летает, У нас его веянье не прижилось. И крепко за кресло, вцепившись зубами, Какой-то чиновник приказ отдаёт, Мол, можно дышать, но дышите не сами, Решим мы, как должен дышать наш народ. Сиди, и не суйся, пускай утрясётся, А лучше, как страус, – головку в песок… А где-то в бою снова жизнь оборвётся За этот свободы желанный глоток.
Екатерина Рябинина, январь 2020 год.
*P.S. Из-за отсутствия письменного разрешения, отменена встреча поэтов-авторов газеты со школьниками в одной из школ.
