Боевая литературная газета. №4(25). Март 2018 год.

Ежемесячное приложение к газете «БОЕВОЕ ЗНАМЯ ДОНБАССА»

Я с теми, кто вышел строить и месть
в сплошной лихорадке буден.
Отечество славлю, которое есть,
но трижды — которое будет.

В.В.Маяковский

Высшая и самая характерная черта нашего народа —
это чувство справедливости и жажда её

Ф.М.Достоевский

С праздником, дорогие женщины!

«Учительница первая моя…»

    Нельзя сказать, что только раз в году, в преддверии весеннего женского праздника я вспоминаю тех женщин, которые оказали заметное влияние на мою судьбу, характер, наклонности, а также на осознанное восприятие действительности с позиции патриота своей Родины. Речь не идёт о близких и родных людях – матери, сестре, жене… Но каждый раз, в начале марта, вспоминаются дорогие, полузабытые лица, голос и какие-то особенности поведения моих учителей. Это они, выполняя свой профессиональный долг, неся в сердце непоказную любовь к детям-школьникам,
никого из них не выделяя и никого не унижая, привили нам любовь, уважение к живущим рядом с нами. Воспитали у нас высокое чувство Родины.
    Первая учительница… Далёкий , послевоенный, сорок седьмой, голодный год… Каким чудом сохранилось и кто делал это фото, размером 6 × 9 сантиметров, где все мы, первоклашки, рядом с Юлией Трофимовной, не приложу ума. Она была высокой молодой женщиной с очень отзывчивым характером. Теперь, кажется, – одежды у неё была только одна смена – серое осеннее пальто, такая же юбка и кофта. Вот такой её облик остался в моей памяти.
    Во всём остальном нам она была как мать, как няня, как подружка. Это она научила нас читать и писать, любить книгу. Сейчас уже не помню с какого класса, но у нас были уроки пения. Смешно теперь, но  почему-то с Юлией Трофимовной мы разучивали и пели, совсем не детскую, её любимую песню. Мелодию помню и сейчас, слова, конечно , помню не все. В запеве там шла речь: ”…как в степи, степи сожжённой прорастал дубок…“. А в припеве была вся суть:
    ”Я люблю,– но об этом никто не узнает,
      Я люблю,– это счастье растёт вырастает,
     Наши чувства крепки, как степные дубки,
     Я  люблю, и душа расцветает“.
Так мы, несмышлёныши, и не узнали, кого же любила наша первая учительница. Но любовь к песне на всю жизнь привила нам она…
     Тогда не было у нас ещё телевидения, да и радиоприёмники были в редкость, зато  была художественная самодеятельность. И почему-то культивировалась она не в нашей семилетней школе, а в единственном на весь посёлок (две тысячи дворов) клубе. В основном, пели песни. И что примечательно, даже в шестом-седьмом классе многие ходили на «самодеятельность» самостоятельно, по привычке, без Юлии Трофимовны, у неё были новые малыши. В знаменитости из нас не вышел никто, но теперь уже, слушая многих талантливых артистов – спутников нашей жизни, сожалею, что судьба не дала расцвести одному истинному таланту из нашего класса. Это Гризоглазова Лиля, солистка нашего хора. Несравненный голос, сильный, звонкий, мелодичный. И слух у неё был отличный. Но тогда не искали талантов… А жаль. Песня , где она солировала:
    «Летят, мелькают вёрсты,
     Но где же тот перекрёсток?
     Где ждёт меня, где ждёт меня моя
     Необходимая, любовь навеки!»
 – сейчас не поётся, но в её исполнении осталась в душе на всю жизнь. Спасибо вам дорогие женщины! И пусть эти два маленьких эпизода из чужой, невыдающейся жизни, разбудят и у вас воспоминания о прекрасном. Оно не только вдали, оно рядом. Да! В женщине данной нам Богом!

Спасибо вам, родные, за заботу,
За тяжкий труд, за ласку и тепло.
Сейчас у вас нелёгкая работа,
А с вами нам уютно и светло.
Спасибо за непролитые слёзы,
Ночей бессонных, долгих канитель,
Мы заняты ”работою“ серьёзной,
Что длится уже много-много дней.
Благодарить вас нам пока что нечем,
Стоит в округе страшный, грозный враг.
Мы скажем так : «Пока ещё не вечер!»
И собрались мы здесь не просто так.
За кровь и боль, за смерти, слёзы, раны –
Они ответят полною ценой.
И пусть не ждёт пощады враг коварный,
Нас ждёт ещё последний, смертный бой!
А вы, мы знаем, будете за нами,
Сурово, строго, тихо помогать –
Варить борщи и баловать блинами,
И молча нам патроны подавать!

Андрей Холод, ДНР, 2014 г.

О, женщина! Восьмое чудо света.
Ты рождена для счастья и любви.
Тебе сонеты посвятят поэты,
А рыцари все подвиги свои.

Соединенье в мире всех загадок,
Полувосторг опущенных ресниц,
Твой голос так таинственен и сладок,
Любовь и нежность – вовсе без границ.

Ты – бездна, увлекающая в пропасть,
Ты – ангел, уносящий к небесам,
Где нет тебя – уныние и грубость,
А там, где ты,–  пустыня –  райский сад!

Но выше прочих всех достоинств
Мужчины ценят в женщине любовь,
Умение не замечать их слабость,
Им всё прощать и верить вновь.

О, женщины, пускай в улыбках ваших
Мужчины чувствуют источник всяких благ,
И Птица счастья пусть крылом вам машет,
Пусть носят вас, как прежде, на руках!

Наталья Литвинова, 2017 г.
г. Ждановка

Красива женщина всегда
И, словно май, неотразима,
Когда здорова, молода,
Но более – когда любима;

Когда вы в жизнь её вошли
Судьбы волшебным мановеньем,
Огонь в душе её зажгли
И  стали смыслом, откровеньем.

Любимой женщины черты
Неповторимы и прекрасны.
И все секреты красоты,
Все тайны жизни  ей подвластны.

Любви струящийся эфир
Вокруг неё волнами веет.
Она, как солнце, греет мир,
Свои лучи, как счастье, сеет.

И прорастает каждый луч
Зимою даже, сквозь сугробы.
Осенних не боится туч,
Не требует трудов особых.

Ведь, чтоб любить, не надо быть
Героем…Сказочно  богатым…
Не бойтесь женщину любить –
Она вас делает крылатым!

Ирина Филиппович, 2017 г.
г. Ждановка

Загорелась, засверкала,
Заблестела, засияла
И одаривала счастьем,
Наполняя до краёв – 
Не остыла, не исчезла,
Не пропала, не погасла,
Возносила, окрыляя,
Эта первая любовь!
И на всё и всем хватило
Теплоты её и света,
За всю жизнь не потерялась
Эта первая весна…
Нет! Любовь не разделима
На вторую и на третью.
Захватившая однажды,
Быть единственной должна!

Арина Адеянова,1997 г.
пгт Тельманово.

С вами хочу о цветах говорить,
Их, ведь, приятно растить и дарить.
Каждый цветок безусловно хорош,
Вряд ли подарка милее найдёшь.

Вот незабудки, анютины глазки,
Радуга им подарила все краски.
Сладкий исходит от них аромат,
Пчёлы над ними все лето жужжат.

Там хризантемы раскрыли свой цвет,
Радуют глаз мне они много лет.
Сколько оттенков, какой красоты!
Осенью  поздней цветут те  цветы.

Белых ромашек огромный букет,
В каждом цветочке таится секрет: 
Любит – не любит, – не гневайся ты,
В этом совсем невиновны цветы.

Словно кумач яркой лентой горят –
Это тюльпаны рядами стоят.
Дарят их женщинам ранней весной,
Дивный и нежный цветочек такой.

Я обожаю любые цветы,
Глазки сияют от их красоты.
Только вот с розой ничто не сравнится – 
Роза над всеми цветами царица.

Пусть же цветы расцветают весь год,
Мимо, надеюсь, никто не пройдёт.
В вазах, в горшочках, на клумбах – повсюду
Греют сердца восхищённому люду!

Зинаида Морозова, 2017 г.
пгт Старобешево.

Мне хотелось бы быть
Хоть немножко другой:
Не болело бы сердце 
Мне от боли чужой,
Не терзали бы душу 
Мне чужие слова,
Чтобы я хоть немножко
Для себя пожила.
Чтоб спала я спокойно,
Чтоб во всём – всё равно,
Чтобы всё принимала,
Как цветное кино.
Чтоб жила я попроще,
Чтоб любила себя;
Не на всех разрывалась,
А себя берегла.
Чтобы, прячась за дверью,
Берегла свой покой…
А сама- то я верю,
Что смогу быть такой?

Наталья Радуница, гТорез, 2017 г.

Идёшь, заблудившись во времени,
По чистой жемчужной росе
Княжна из сарматского племени,
Идёшь, не такая, как все.

Плывёшь грациозной походкой,
Твой голос звенит, как струна.
Снаружи ты кажешься кроткой,–
Внутри же отваги полна.

У детской твоей колыбели
Дожди тебе марши играли,
Ветра колыбельную пели
И, нежно целуя, качали.

Весенние травы пленили,
А южное солнце ласкало,
Со степью навек породнили,–
Ты с ней неразлучною стала.

Ступаешь степною Мадонной –
Душа, как слезинка, чиста,
Пленишь меня взглядом бездонным,
Тюльпаном алеют уста.

Вокруг озаряешь всё светом
Раскосых, сияющих глаз.
Вдали откликается эхом
Бой сердца, что горный алмаз.

Блеснёшь расплетёнными косами,
А кожа, что ландыш, нежна,
Омыта небесными росами…
Владычица здесь ты, княжна!

Любовь к этим землям полынным
От кочевого седла,
От дальних просторов пустынных
Сквозь призму веков пронесла.

Где предки твои? – Затерялись
Средь южных ковыльных степей,
Лишь только курганы остались,
Да взлёт твоих чёрных бровей…

Надежда Горлакова, п. Седово,
Май 2017 г.

    Было раннее зимнее утро. Оно выдалось холодным, мрачным, с колючим промозглым ветром, который выл в трубах, ломился в окна, обжигал лица и буквально сносил с ног редких прохожих, словно желая показать, кто здесь нынче хозяин. Только срочные дела и важные обстоятельства заставили их проснуться и покинуть свои тёплые постели и дома. Ночь долго не хотела уходить, и на тёмных остановках стояли продрогшие пассажиры в ожидании автобуса. Среди них, кутаясь в тёплый шарф, была и я. Вскоре показался долгожданный свет фар, а через несколько минут можно уже было согреться в уютном кресле. Расслабленные пассажиры дремали, и сам автобус двигался медленно и лениво. Казалось, что он тоже ещё не проснулся, и ему сегодня не очень-то и хотелось покидать свой гараж.
    При въезде в посёлок Седово на остановке было многолюдно. Многие спешили на работу. Среди всех особо выделялась высокая, крупного телосложения, женщина с двумя огромными клетчатыми китайскими сумками, которые, войдя, она поставила в проходе возле меня. Узкий проход «Эталона» сразу же был забаррикадирован на несколько метров, что вызвало резкое возмущение пассажиров, которые с огромным трудом  преодолевали это препятствие, заваливаясь при этом на меня. Многие из них возмущались, ворчали. По салону пошёл недовольный ропот: «Не могли бы вы поставить сумки в другое место? Вы же видите – они здесь всем мешают». «Может быть, можно  их в багаж?» – предложила я женщине довольно доброжелательно.       
  – «Вам всем  мешают мои сумки! А это всё, это всё, что у меня осталось!» – раздался истошный надрывный крик в ответ. И столько было боли в этих, полных отчаяния, словах, что они буквально вонзились в сердце каждого, кто их слышал. Это был крик души, долго сдерживаемый и наконец-то вырвавшийся наружу. Чувствовалось, что эта сильная женщина плакала, и темнота прятала её горькие слёзы.
– «Это беженка из Широкино»,– тихо прошептал мне кто-то сзади. В салоне все стыдливо замолчали. Воцарилась тяжёлая, напряжённая тишина, нарушить которую осмелился лишь ветер, вновь затянувший свою заунывную песню, грубо швыряя охапки сухого снега в полузамёрзшие стёкла окон. Никому не хотелось говорить. Каждый думал о своём. Кто о жестокости этой войны, кто о сломанных человеческих судьбах, а кто-то о том, насколько мелки его проблемы по сравнению с проблемами этих обиженных войной людей.
    Ночь, между тем, стала отступать. Ей на смену спешил суровый, зимний день со своими заботами, радостями и огорчениями.
    На  следующей остановке мне надо было выходить. Переступив через громоздкие вещи, стоявшие в проходе, я оказалась рядом со своей попутчицей и смогла рассмотреть её поближе. Очевидно, по своей натуре она была доброжелательной  и жизнерадостной, о чём говорили весёлые морщинки возле глаз, а её крепкая стать свидетельствовала о том, что именно на таких женщинах  держатся  семьи. Большие натруженные руки, какие обычно бывают у сельских женщин, вероятно много лет кормили вкусными обедами домочадцев, выращивали овощи и фрукты, превращали её домик в уютное семейное гнёздышко… Теперь эти руки безнадёжно повисли, а плечи грустно склонились,– то ли от тяжёлых сумок, то ли от безысходности, легшей на них тяжким грузом. Ничего из того, что было у неё совсем недавно, теперь нет. Ныне она одинока, в глубоком отчаянии и, казалось, ей всё равно, куда сейчас ехать.
– «Я могу чем-то вам помочь?» – спросила я у попутчицы напоследок.
– «Нет, спасибо»,– грустно и тихо ответила та и уже не выглядела такой грозной, как несколько минут назад. Передо мной была уставшая, гонимая судьбой немолодая  женщина, во взгляде которой царила растерянность и опустошённость.
    Я сошла с автобуса, а беженка с двумя сумками, в которые поместила свой нехитрый спасённый
скарб, поехала дальше,– навстречу новой судьбе. Как я хочу, чтобы она для неё была счастливой!

         Надежда Горлакова, п. Седово, 2016 г.