Ежемесячное приложение к газете «БОЕВОЕ ЗНАМЯ ДОНБАССА»
В наше время тот — поэт,
В.В.Маяковский
тот — писатель, кто полезен.
Легко народом править, если он
М.Ю.Лермонтов
Одною общей страстью увлечён
Лето – условный водораздел, начало нового этапа в жизни подрастающего поколения и его учителей, как ветеранов, так и молодых выпускников педагогических ВУЗов, для которых давний последний звонок вовсе не был последним, а будет частью их дальнейшей жизни. Им, активным творцам нашего будущего – учителям-воспитателям, редакция посвящает этот (не праздничный!) номер газеты.
Напутствие молодым учителям
Детская душа – Божий храм,
Заходи туда с уваженьем.
От души я совет вам дам:
Запастись надолго терпеньем.
Не кори и слёзы не лей,
Что слова твои все – на ветер.
Мало ведь порой жизни всей,
Пониманием чтобы ответить.
Только никогда не ругай,
И ни слова, слышишь, упрёка.
Ты создай в душе своей рай,
Ты найди в душе своей Бога.
Детям ты любовь подари
И себя раздай по крупицам.
Отдавая больше любви,
Вновь она к тебе возвратится.
Наталья Радуница 2018 г.
Я не напрасно проживу
Для меня теперь бесспорно:
Проживу я не напрасно.
Кто бросает в землю зёрна,
Знает: гибель их прекрасна!
Высыхая, истощаясь,
Стебли новые питают.
Снова к жизни возвращаясь,
К солнцу молодо взлетают.
Вот и я теперь не трушу,
За поверхность не цепляюсь.
Отдавая детям душу,
Лишь корнями укрепляюсь.
На побегах юных этих
Буду жить я малой веткой.
Знаю, что останусь в детях
Хоть одной своею клеткой.
Ирина Филиппович, 2017г.
г. Ждановка
Учитель
( «Донбасский характер». Были давние и недавние.)
«…И вечный бой,
покой нам только снится…»
Александр Блок
Поезд монотонно выстукивал свою дорожную песню. За окном знакомый донецкий пейзаж. Посадки по обе стороны железной дороги прерываются на время, чтобы открыть даль полей, просящих в это засушливое лето хоть немного влаги, благодатного дождя…Мимо пролетают небольшие полустанки с расположенными рядом или вдали шахтными посёлками, обозначенными с незапамятных времён шапками-терриконами, зачастую уже до половины заросшими неприхотливой белой акацией.
Окна в вагоне открыты, но всё равно жарко…На более-менее крупных станциях поезд останавливается на несколько минут, кто выходит со своим багажом, кто начинает с нами свой путь. Вместе с другими в наш вагон зашла женщина, которую я никак не ожидала увидеть здесь. Она была директором нашей поселковой средней школы, а видела я её в последний раз пять лет назад на выпускном вечере своего сына. Меня она узнала сразу, как только мы встретились взглядами. Ещё бы: мы в те годы очень часто и тепло с нею общались.
– Лидия Андреевна, здравствуйте! Присаживайтесь, здесь свободно.
Её уставшее лицо озарила непоказная улыбка. Она села, поставила дорожную сумку ближе к себе, поправила складки платья и вздохнула с облегчением.
– Рада Вас видеть, Лидия Андреевна, куда путь держите?
– К дочери в гости. Она загружена работой, а ещё собирается на какие-то курсы повышения квалификации и приехать сейчас домой не может, а я вот выбралась. Хоть повидаю, а то мы всё больше по телефону общаемся.
– Лидия Андреевна, сын мой Алёша, Ваш воспитанник, уже заканчивает институт. Приезжая домой, он с большой теплотой всегда вспоминает Вас. Говорит, что таких как Вы энтузиастов мало сейчас. Таких, мол, только в старых советских фильмах увидеть можно… Всё вспоминает, как Вы хлопцев обои клеить и парты красить учили. Пришел тогда весь в краске, но счастливый! Так эти обои никто не портил, а парты никто не царапал, потому что делали ремонт своими руками… Да разве только это! А походы по родному краю, школьные праздники, разнообразные кружки и главное – интересные уроки… Наша школа для детей – золотая страница жизни.
Наверно Лидия Андреевна не первый раз слушала такие дифирамбы в свой адрес. Я же сознательно не касалась темы обидной для всех жителей посёлка, чтобы лишний раз не причинить боль Лидии Андреевне. А дело в том, что наша школа была одной из лучших в районе. И вдруг, как гром с ясного неба: статус школы руководство понизило. Была средней, стала неполной средней. Не хватает, мол, учеников, чтобы по положению была средней. Педагогический коллектив, естественно, сократили, но хуже другое: дети своё образование заканчивали уже на выезде. Каждый день поездки туда-сюда, времени для учёбы в обрез, качество знаний уже не то. В своей школе – одна семья; в другой – наши дети новички, “инородное тело”. Детская психика с трудом приспосабливается к таким переменам. А почему бы не сделать исключение для поселковых школ, снизив минимальную численность учащихся, не понижая статуса учебного заведения? Шахты выработались, а люди-то в посёлках живут, но как производственники – ушли на второй план. Работают кто где сможет. А дети, – наше будущее,– страдают. Несправедливо! Я давно живу в другом месте, но обида за школу всегда со мной.
– Лидия Андреевна, а есть ли надежда, что школа вновь станет полной средней? – осторожно спросила я.
– Надежда всегда должна быть,– и несколько уклончиво добавила:
– Более того, в благополучном исходе правого дела должна быть уверенность. Всё возвратиться “на круги своя”, Марина Викторовна.
Я и не подозревала, что Лидия Андреевна знает и помнит моё имя-отчество и была приятно удивлена.
– А повоевать пришлось много и долго… И все эти годы мы не только верили, но и работали не покладая рук.
При этих словах лицо её покрыла тень грусти, как будто задели что-то больное, растревожили рану.
Она задумалась, ушла в себя, на минуту отвернулась к окну. Губы её дрогнули.
– Трудно пришлось, но боролись мы, повторюсь, за правое, жизненное дело. Нас услышали и поддержали. Ещё бы несколько лет назад это было бы невозможно, но сейчас на многие вещи смотрят
уже по-другому. Значит есть справедливость, просто её нужно отстоять. Не бойтесь говорить о проблемах, иначе их никогда не решить…
Кроме нас двоих сидящих за столиком у вагонного окна, в наше купе подсели молодые люди, по разговору, предположительно, муж и жена. Их заинтересовал негромкий наш разговор, они прекратили своё общение и с интересом, молча, слушали нас.
После небольшой паузы Лидия Андреевна продолжила:
– Мне повезло, потому что рядом люди работают не только ради зарплаты. Они любят своё дело и творят всё с душой. И педколлектив, и родители. Рядом с такими я просто обязана быть такой же. Донимают, правда, бумаги, отчёты, проверки… Бюрократизм пока не побеждён. Мы зарываемся в этих бумагах, а дети растут и взрослеют, изменяются. Что-то мы им недодадим из-за непродуктивной нашей бумажной “обязаловки”… Все учителя загружены отчётами, мониторингами и прочей писаниной. Приходится, большей частью, брать эту работу на дом.
– А дома семья,– заострила я ситуацию,– как домашние к этому относятся?
Ответ вылился в новый монолог: сколько я помню, Лидия Андреевна всегда отвечала так, что из сказанного ею новых вопросов не выудить.
– Учитель – это не профессия, это образ жизни. Человек, решивший стать учителем, сознательно подписывается под тем, что он уже себе не принадлежит. У него Вани, Пети, Вовы, которые заставляют за них волноваться; сидеть вечерами на телефоне и обзванивать родителей; решать детские проблемы, мирить, объяснять, ругать, будить совесть, побуждать к учению… А ещё есть некоторые родители, не понимающие, что вместе с детьми растёт количество проблем, соответствующих возрасту ребёнка. И это естественно: грамоте людей учат, а вот родителями быть – пока что нет.
Наши попутчики переглянулись, а Лидия Андреевна, будто бы на уроке, продолжала:
– Неестественно другое: встречается разный подход к пониманию роли педагога у отвечающих за народное образование. Учителю не нужны надсмотрщики, ему нужны помощники… Настойчивостью, подключением кровно заинтересованной общественности мы, кажется, добились понимания у руководства. А сколько поездок, сколько походов по учреждениям, объяснений, просьб...А как часто: и то нельзя, и то неправильно, а это пишется не в такой форме; а Иван Иванович уехал и будет только через неделю… Хождение по мукам форменное. Одно вдохновляет: всё делаем только ради детей, ради нашей смены…
После небольшой паузы добавила:
– И я не умею по-другому. Знаете, меня когда-то учили, что равнодушие – это душевная подлость. Можно к чему-то относиться хорошо или плохо, принимать или отвергать, но никогда не относиться равнодушно. Особенно это непростительно по отношению к детям…
Если бы не конечная остановка, думаю – мы ещё долго бы общались. Но на вокзале Лидию Андреевну уже ждала дочь, а у меня каждая минута была на счету: в тот же день я должна была уехать обратно. Прощаясь, Лидия Андреевна передала привет моему Алёше и пригласила меня посетить нашу школу:
– Там, на пришкольном участке, дети посадили фруктовый сад, а рядом со школой всем миром построили отапливаемый спортзал. Со многими пообщаетесь. К стати: среди молодых учителей есть выпускники нашей школы.
Наши попутчики приготовились выходить и женщина с глазами выражавшими одновременно восторг и уважение, а может быть, и зависть, обратилась к Лидии Андреевне:
– Извините нас, невольных слушателей, но в нашу бы школу такого директора! Удачи Вам!..
* * *
Я пообещала Лидии Андреевне приехать в школу. Но совершенно случайно и, как я понимаю, в неподходящее время, приехала в родной посёлок. Ноги сами несли меня в школу. Я остановилась у входа… Каникулы, отпуска… Конечно никого вокруг не было. Не знаю почему, но у меня полились обильные слёзы. Ко мне подошла откуда-то взявшаяся женщина, вероятно из технического персонала школы, и озабочено спросила:
– Женщина, вы наверно здесь учились?
Я кивнула утвердительно, не в силах что-либо ответить, а она, как экскурсовод продолжает:
– Посмотрите на вывеску! Да вытрите слезы, вы же так не прочитаете, что на ней написано! А впрочем… не вы первая, многие плакали, а я вам сама скажу: наша школа вновь стала средней!
Виктор Седой, ДНР , июнь 2018г.
Немного юмора
Иллюзия
Выйдя сегодня на миг на балкон , я услыхала – звонит телефон, за плотно захлопнутой дверью, звонкой, заливистой трелью. Екнуло сердце: – « Ведь это же он, помнит всё так же, всё так же влюблён. Мне, как и раньше, сегодня опять важное что-то он хочет сказать и долгожданную встречу назначит на будущий вечер, и скажет, что он, наконец, оторвался от дел…» А оказалось,…будильник звенел.
Надежда Горлакова. Пос. Седово 2018г.
Школьные звонки
Раскрасил листья старый школьный клён,
И солнце щедро сыплет позолотой.
Звенит звонок. Весёлый перезвон
Учителей созвал вновь на работу.
Звонки… звонки… И по звонку вся жизнь,
И от звонка к звонку все ожиданья.
Уроки в жизнь учителей вплелись,
Судьбы уже составив расписанье.
Безмолвно замысел Творца храня,
Мы каждый день готовимся к уроку.
Дни, месяцы и долгие года,
Звонки зовут нас к школьному порогу.
Мы помним всех мальчишек и девчат:
Кому-то – дети, а кому-то – внуки.
А годы быстро школьные летят –
Учитель никогда не знает скуки.
Учитель без работы не сидит,
Учитель одиноким не бывает.
Пусть время его даже не щадит,
Он в каждом свои годы проживает.
Он душу раздаёт свою любя,
И сердцем обогреть он всех стремится.
Он детям отдаёт всего себя
Без сожаленья, просто, по крупицам.
Звенит звонок протяжно вдалеке.
Опять урок, и снова вдохновенье,
Судьбу рисуя мелом на доске,
Учитель в каждом видит продолженье…
Наталья Радуница, г. Торез, 2018 г.
Призвание
Нет выше звания – учитель!
Детей он делает людьми.
Он поколений повелитель,
Какой он сам – такие мы.
Источник знаний вдохновенный,
Пример упорства и труда,
Во всём для нас наставник верный,
Он с нами в жизни навсегда!
Забудутся нам логарифмы;
И даже формула воды;
Стихов излюбленные рифмы;
Кто и когда держал бразды…
Но нет таких причин на свете,
Чтобы остыла теплота,
Которую даёт он детям,
И каждый то тепло впитал!
Он учит доброте и чести,
Любви к Отчизне дорогой,
К вершинам, с идеалом вместе,
Ведёт потомков за собой.
Его призванье – вечный бой!
Виктор Седой, декабрь 2017г